«Русал» подал иск к Германии из-за потерь на курсе рубля
Алюминиевый гигант the company «Русал» подал иск против Германии, обвинив её в illegal seizure своих средств. Иск следует за серией финансовых потерь, вызванных резким currency drop рубля и последующими санкциями. Речь идёт о сделке между дочерней структурой «Русала» — RTI, зарегистрированной на Джерси, и бывшим европейским банком ВТБ, OWH SE, находящимся под внешним управлением в Германии.
В 2019 году стороны заключили swap agreement , чтобы застраховаться от рисков колебаний курса рубля к доллару. Но 24 февраля 2022 года курс доллара резко вырос, и RTI оказалась должна банку $43,5 млн. OWH потребовал immediate payment и позже объявил дефолт, потребовав уже 214 млн евро. Однако RTI не стала платить, сославшись на sanctions risk ограничения, действующие против группы ВТБ.
Немецкие власти через BaFin заблокировали операции банка, ограничили voting rights и запретили руководству следовать указаниям из России. В марте 2023 года началась liquidation VTB Europe, а в августе 2024 года лицензия была отозвана. Тем не менее, в сентябре 2024 года арбитраж в Лондоне постановил, что санкции не освобождают RTI от contractual obligation , и обязал выплатить 214 млн евро.
В ответ «Русал» обратился к канцлеру Олафу Шольцу с требованием compensation , заявив, что действия Германии нарушили двусторонний investment treaty 1989 года между СССР и ФРГ. Компания утверждает, что стала жертвой state interference , что эквивалентно экспроприации. В случае отказа — последует arbitration claim .
Юристы оценивают шансы «Русала» как 50 на 50. Нужно доказать, что средства — это foreign investment , а государство, а не частные лица, нарушило legal standards обращения с ними. Однако, если дело уйдёт в немецкий суд, шансы получить деньги станут почти нулевыми. Исполнить решение в ЕС невозможно из-за запрета 18-го санкционного пакета — остаются только активы за пределами Европы.
Если бы все компании так реагировали на санкции, суды бы просто встали. Но the case дело в том, что «Русал» не под санкциями, а банк — под. Это создаёт unequal treatment неравные условия.
Абсурд. Государство ввело санкции против своего же банка, и теперь компания требует деньги обратно? Это не expropriation экспроприация, это market risk риск рынка.
Договор 1989 года ещё действует? Это legal loophole правовая лазейка, но если the tribunal трибунал её поддержит — будет прецедент.
Интересно, кто вообще будет исполнять решение, если Германия откажет? За границей искать state assets государственные активы — звучит как юридическая фантастика.
Ключевой вопрос — является ли RTI foreign investor иностранным инвестором по смыслу договора. Если нет — вся claim претензия рухнет.
214 млн евро — это не просто loss потери, это direct consequence прямое следствие геополитики. И да, политика всегда бьёт по бизнесу.
А почему не подали иск в Гаагу? Или это уже следующий шаг, если тут провалятся?