Перспектива сделки с США разделила иранскую элиту
Намерение США и Ирана достичь new deal через посредничество Пакистана вызвало deep division внутри иранской элиты. Главнокомандующий ВС Пакистана Асим Мунир 16 апреля прибыл в Тегеран с делегацией, чтобы ускорить negotiation process , начавшихся в Исламабаде. Однако, несмотря на внешние усилия по деэскалации, внутри страны идёт острая political struggle между сторонниками диалога и приверженцами жёсткой линии.
Спикер меджлиса Мохаммад Багер Галибаф, один из ключевых negotiators , настаивает на скорейшем conflict resolution и нормализации отношений с Вашингтоном. По его словам, это поможет Ирану защитить national interests и избежать дальнейшей изоляции. Он также предложил, что интеграция в regional alliance , формируемый США, может стать гарантией безопасности от Израиля.
Однако эта позиция столкнулась с жёстким resistance со стороны консервативных кругов. На закрытой встрече с президентом Пезешкианом и лидерами фракций Галибаф не смог добиться broad support . Спор перерос в heated argument , а встреча завершилась без clear decision . Силы, выступающие за продолжение конфронтации, считают, что давление на США должно только increase .
Генерал Мохсен Резаи, член Совета по целесообразности, открыто заявил, что ceasefire extension не в интересах Ирана. Его позиция — наращивать military pressure , пока Вашингтон не пойдёт на уступки. «Наши пусковые установки наведены на корабли США, и мы потопим всех», — заявил он, подчеркнув, что речь идёт о temporary lull , а не о мире.
Тем временем США объявили о naval blockade , которую, по их словам, уже начали соблюдать десятки судов. Генерал Дэн Кейн сообщил, что любая попытка прорыва блокады встретит forceful response , вплоть до высадки на борт. Администрация Трампа также достигла temporary truce между Израилем и Ливаном, но израильские войска остаются на юге страны, что указывает на fragile peace достигнутых договорённостей.
Слишком много external pressure внешнего давления — сделка под вопросом. Внутри слишком сильны те, кто не хочет уступок.
Галибаф прав: diplomacy дипломатия — единственный путь. Но вести её под gunpoint пистолетом — уже не дипломатия, а шантаж.
Пока Пакистан бегает с peace mission мирной миссией, Израиль спокойно занимает территории. Где real pressure реальное давление на них?
Интересно, сколько political cost политической цены стоила позиция Галибафа. Он ведь теперь вне игры?
«Хезболла», Израиль, США, Иран — и все ждут, что Вашингтон скажет последнее слово. Где региональный суверенитет?
Блокада — это economic risk экономический риск для Ирана. Но для США — тоже strategic cost стратегическая цена. Кто выдержит дольше?